Sometimes the most profound truths about our present moment come disguised as yesterday's absurdities. Delirium is Igor Golyak's timely adaptation of one of Eugène Ionesco's least performed plays, Frenzy for Two (Délire à deux). Written in 1963, Igor's direction unlocks this play's heartbeat for our moment, our world, our collective delirium. While the world outside collapses, a couple are locked in a petty argument about animals that carry their homes on their back. Displacement, alienation, love and survival — enacted by two souls who carry within their bodies the entire archaeology of a vanished world: Andrey Burkovskiy and Chulpan Khamatova.

Иногда самые глубокие истины о нашем времени приходят под видом вчерашних абсурдов. «Делириум» — своевременная адаптация Игоря Голяка одной из самых редко исполняемых пьес Эжена Ионеско «Бред вдвоём» (Délire à deux). Написанная в 1963 году, в режиссуре Игоря она обретает пульс нашего момента, нашего мира, нашего общего делирия. Пока мир снаружи рушится, пара заперта в мелочном споре о животных, которые носят свой дом на спине. Вытеснение, отчуждение, любовь и выживание — в исполнении двух душ, несущих в себе всю археологию исчезнувшего мира: Андрея Бурковского и Чулпан Хаматовой.

Behind every person who sets out to discover a new world, behind every name history chooses to remember, there are dozens of others who somehow disappear from its pages. Their names are forgotten. Their dreams remain unfulfilled. And the future they once believed in simply ceases to exist.

Alpha Centauri, starring Andrey Burkovskiy, is a monologue about those who lost. About those whose lives slipped beyond the reach of time, beyond the borders of history.

We spend our lives preparing for the future. We believe in it. We imagine it, make plans for it, move toward it. And then, one day, without warning, we find ourselves somewhere else entirely, at a different point in the human universe.

This is a play about a play that does not exist. Not yet. A play that perhaps, one day, will finally come to life. Alpha Centauri asks what remains of us when the world we knew collapses. What remains when the dream we have lived for is suddenly no longer possible. And whether, from the ruins of that dream, something new can still be born. Perhaps, in this very moment at the theater, you will find answers to these desperate questions. Perhaps today, something in your life will change. Alpha Centauri has not disappeared. It has not died. It is still there. The closest star system to our own is alive, exactly where it has always been.

Perhaps we simply need to look around us. And see the human being. The human being who, despite everything, is still ready to build this world.

За каждым человеком, отправляющимся открывать новый мир, за каждым именем, которое история решает запомнить, стоят десятки других — тех, кто почему-то исчезает с её страниц. Их имена забыты. Их мечты остались несбывшимися. А будущее, в которое они когда-то верили, просто перестало существовать.

«Альфа Центавра» с Андреем Бурковским — монолог о тех, кто проиграл. О тех, чьи жизни ускользнули за пределы времени, за границы истории.

Мы проводим жизнь, готовясь к будущему. Мы верим в него. Мы представляем его, строим планы, движемся к нему. А потом однажды, без предупреждения, обнаруживаем себя совсем в другом месте — в иной точке человеческой вселенной.

Это спектакль о спектакле, которого не существует. Пока не существует. О спектакле, который, возможно, однажды всё-таки родится. «Альфа Центавра» спрашивает: что остаётся от нас, когда мир, который мы знали, рушится? Что остаётся, когда мечта, ради которой мы жили, вдруг становится невозможной? И может ли из руин этой мечты родиться что-то новое? Возможно, именно сейчас, в театре, вы найдёте ответы на эти отчаянные вопросы. Возможно, сегодня что-то в вашей жизни изменится. Альфа Центавра не исчезла. Она не умерла. Она всё ещё там. Ближайшая к нам звёздная система жива — ровно там, где была всегда.

Возможно, нам просто нужно оглядеться вокруг. И увидеть человека. Человека, который, несмотря ни на что, всё ещё готов строить этот мир.